Статьи
 

С.К. Ибрагимов. «Михман-намеи бухара» Рузбехана как источник по истории Казахстана XV—XVI вв.

9.С. 149

После ухода же из Казахстана части кочевых племен во главе с Шейбаии-ханом и завоевания ими Мавераннахра и Хорасана [50] наступает второй период в взаимоотношениях первых казахских владетелей и шейбанидов, в связи с чем меняется и характер их взаимоотношений. Если в первый период, начиная с 60-х годов XV в. до 1506-1507 гг., взаимоотношения между потомками Борака и Абулхаира характеризовались дииастийной борьбой, границы и родовой состав тех и других еще точно не определились, то во второй период мы имеем совершенно другую картину.

Во-первых, с уходом в Мавераннахр и Хорасан части узбекских племен более точно определился родовой состав первых казахских владений [51], более точными в начале XVI в. стали и границы первых казахских владений. Единственным автором, сообщающим нам данные о расположении летовок и зимовок казахов в начале XVI в. является Рузбехан, сведения которого мы уже приводили.

Правда, в этот период в зависимости от военных успехов в борьбе с мангытскими эмирами на западе, моголистанскими ханами в Семиречье, с сибирскими ханами (также из дома Шейбана) на севере границы первых казахских владений то отодвигались из районов Центрального Казахстана и присырдарьи, то, наоборот, сближались. И в это время во взаимоотношениях между первыми казахскими владениями и новой державой тимуридов, созданной в Мавераннахре и Хорасане на развалинах империи шейбанидов, главную роль начинает играть экономический фактор. "После пришествия в равновесие знамен Его Величества Шейбани-хана, — говорит Рузбехан,— и упадка могущества моголов и джагатаев у ханов Дешта пришли в движение жилы зависти. На самом деле им стало очевидно, что вследствие крайней нужды в платье и одежде, основой которой является хлопчатобумажная ткань, а одежда и саван необходимы людям, им нужно было вторгнуться в города, подчиненные Его Величеству Шейбани-хану, так как в одно время был издан августейший указ, чтобы жители Туркестана не общались с купцами казахскими и чтобы между ними и жителями тех городов не было посещения друг друга и не производились торговые сделки. Так же в другое время он повелел, чтобы в некоторых районах Туркестана и в городах "Хорезма ограбили казахских купцов" [52].

Отсюда видно, что в борьбе казахских ханов и султанов с шейбанидами за присырдарьинские города наряду с политическими моментами существенную роль играла и экономическая сторона. По словам Рузбехана, крупными торговыми центрами между кочевой степью Казахстана и оседлыми районами Средней Азии были города Ясса (Туркестан), Сыгнак и Сайрам. "В город Яссу прибывают товары различные и вещи драгоценные, и здесь происходит торговля ими" [53].

Поэтому Шейбани-хан, а после него его преемники всеми силами старались не допускать казахов в оседлые оазисы Средней Азии и в присырдарьинские города, т.е. создавали своеобразную экономическую блокаду.


50 См. подробно об этом в статьях Л.А. Семенова, опубликованных в "Материалах по истории таджиков и узбеков Средней Азии". Тр. ИИАЭ АН ТаджССР, т. 12, вып. 1, 1954.
51 В течение почти всего XVI в. родовой состав казахов пополнялся за счет соседних государств. В особенности во второй половине XVI в. происходит массовое переселение кочевников из Ногайского улуса. П.П. Иванов. Новые данные о каракалпаках.— Советское востоковедение, 1945, т. III, стр. 64; Т.А. Жданко. Очерки исторической этнографии каракалпаков. М.—Л., 1950, стр. 130.
52 "Михман-намеи Бухара" Рузбехана, л. 79 б.
53 Там же, л. 116.

Назад  1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13    14    15    16    17  Вперед
27 октября 2009      Автор: admin      Просмотров: 31118      

Другие статьи из этой рубрики

Председатель западного отделения Алаш-Орды Д. Досмухамедов и судьбы казахской интеллигенции в период сталинских репрессий

В советской и, в частности, казахстанской историографии деятельность Джаганши Досмухамедова (Джанши, Жахинши Дос-Мухамедова) и других руководителей казахского автономистского движения Алаш начала XX в., как известно, долгое время оценивалась однозначно отрицательно (1). Однако с конца 80-х гг. прошлого столетия был открыт доступ к ранее закрытым архивным источникам, активизировалась исследовательская деятельность историков и публицистов. В итоге стали появляться работы, которые проливают новый свет на политическую биографию и судьбу таких ярких представителей казахской интеллигенции начала XX в., как Алихан Букейханов, Ахмет Байтурсынов, Джаганша и Халел Досмухамедовы, Мухамеджан Тынышпаев, Мустафа Чокаев и другие (2).

Илиуф Хаджи-Мурат. Кто вы, чала-казаки? Этиология слова.

Историки и этнографы едины во мнении о том, что прежнее казахское общество состояло из трех социальных слоев. Высшее положение в ее архитектонике занимали представители сословия aq süyek (букв. ‘белая кость’), в которое включались чингизиды-töreler (töre, букв. ‘закон’), и потомки первых проповедников ислама-hodjalar (hodja, букв. ‘хозяин, господин’). Потомки Чингиз-хана, известные также под обобщающим именем töre süyek, имели титул султана и право занимать ханский престол. Отметим, что приведенное сложное название, сокращенное до слова töre, приобрело в казахском языке значения ‘историч. чингизид; аристократ; господин; иронич. начальник’. Среди группы hodjalar, иногда именуемой сословием asıl süyek (букв. ‘благородная кость’), особо почитаемыми были потомки пророка Мухаммеда – сеиды (seyitter). Принадлежность к высшим стратам общества была обусловлена происхождением. Казахская аристократия обладала особым социально-правовым статусом, занимала привилегированное положение в структуре общественных отношений.

О старом названии Алма-Ата. Часть III.

Слово яблоко существует во всех индо-европейских (и.-е.) языках. Для названия яблока и яблони существовало и.е. слово *abel (восстановление Дыбо), *ablu-aplu (восстановление Рона-Тас) может быть реконструирована для и.е. языка (от него нем. Apfel, рус. яблоко, лит. abuolis, лат. топоним Abella, кельт. avallo, aval). Греки называли яблоко mhlon и яблоню mhlea, по-албански яблоко – mollе, по-латински mаlus "яблоня", а хеттское название – šamalu. Сюда же может быть отнесено санс. amla "кислый". Если сравнить все эти слова, то можно прийти к выводу, что все индоевропейские слова могли быть общего происхождения, если бы исходной формой была *amal.

Клара Хафизова. Казахско-китайская граница в прошлом и сегодня.

После падения монгольской династии во второй половине ХIV в. и вплоть до второй половины ХVII в., т. е. в течение почти 300 лет, Китай не имел общих границ с казахскими ханствами, а также с другими владениями на территории современного Казахстана. Вне поля зрения Китая осталось также важное событие в политической жизни казахов - образование казахского ханства с центром в Семиречье и долголетний процесс формирования его территории и границ. Между казахским ханством и Срединной равниной находилось Джунгарское ханство (1635-1757 гг.), блокировавшее доступ из Китая в Казахстан и не допускавшее установления между ними связей. Лишь после установления в Китае господства маньчжурской династии Цин и завоевания ею Джунгарского и Яркендского ханств в 1757 г. границы китайского государства подступили к территориям Казахстана, Киргизии и Таджикистана. Почти одновременно с Цинской империей начала проникать в Центральную Азию с запада, севера и востока Российская империя. В результате встречной экспансии двух держав и заключения между ними ряда договоров к концу ХIХ в. перекраивание политической карты Центральной Азии завершилось. Однако на этом процесс формирования русско-китайской границы на "западном участке" не закончился. Он имеет продолжение и сегодня, после распада СССР - правопреемника царской России, а также образования пяти суверенных государств на месте среднеазиатских советских республик. Три из них - Казахстан, Киргизия и Таджикистан - непосредственно граничат с территорией китайского государства, точнее, с его Синьцзян-Уйгурским автономным районом. Объединившись с Российской Федерацией, они по инициативе Китая пересмотрели свои южные границы и заключили новые договоры.

Н.А. Атыгаев О времени образования Казахского ханства (к 550-летию образования ханства)

Вопрос о времени возникновения Казахского ханства, первого в Центральной Азии национального государства, которое носило имя создавшего его этноса – казахов, является одним из самых дискуссионных проблем отечественной исторической науки. В казахстанской научной и научно-популярной литературе имеется множество работ, посвященных данной теме, хотя до начала 70-х годов ХХ века вопрос датировки образования ханства в качестве научной проблемы специально не поднимался. Его ставили "в один ряд с иными событиями политической истории казахского общества" [1, 54]. В этот период были опубликованы первые научные исследования, посвященные конкретно времени образования Казахского ханства. Автором первой такой специальной работы стал Т.И. Султанов. Затем, в 1977 году, данная проблема была рассмотрена в монографии К.А. Пищулиной. В последующие годы этот вопрос остался без внимания историков. Вновь проблема актуализировалась после обретения Казахстаном независимости. В 90-е годы XX века данный вопрос нашел отражение в работах казахстанских историков А. Хасенова, К. Акишева, Ж. Касымбаева, Б. Карибаева и др. Рассматривали в своих исторических изысканиях проблему датировки образования Казахского ханства известные писатели Казахстана М. Магауин и К. Салгарин. Следует также сказать о псевдонаучных, но растиражированных публикациях по данной теме кандидата технических наук К. Даниярова.
 
 
"Евразийский исторический сервер"
1999-2017 © Абдуманапов Рустам
Вопросы копирования материалов
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте