1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116
 
Статьи
 



© Т.И. Асанов

к.и.н., Кыргызстан, Бишкек, Кыргызский национальный университет им. Ж.Баласагына

Перспективы изучения проблем вертикального кочевания племен и народов Тянь-Шаня и Памиро-Алайской горных систем


Данная статья была подготовлена в рамках международной научной конференции "Кыргызский каганат в контексте тюркской цивилизации: проблемы кыргызоведения", посвященной 1170-летию образования Великого Кыргызского каганата. Источник: akipress.org

Тянь-Шань и Памиро-Алай являются одними из величайших горных систем земного шара. С древнейших времен эти горные системы стали местом обитания разных племен и народностей. О самых древних обитателях Тянь-Шаня и Памиро-Алая упоминается в древнеперсидских клинописных текстах VI в. до н.э. и в трудах античных историков.

Ранним населением этих горных систем были саки, по-видимому, заложившие основу вертикального кочевания. Тем не менее, до сакских времен здесь обитали племена андроновской культуры эпохи бронзы. Возможно, они и стояли у истоков системы вертикальнообразного передвижения ранних племен Тянь-Шаня и Памиро-Алая. Об этом мы можем судить, лишь опираясь на наскальные рисунки и петроглифы или на разные вещественные археологические находки. Предметы археологических находок в эпоху развитой бронзы косвенно свидетельствуют о широком освоении человеком пастбищных угодий, всех высотных почвенно-растительных поясов субальпийских и альпийских лугов.

Археологические данные подтверждают кочевой образ жизни саков и возможность повсеместного освоения ими высокогорных долин Тянь-Шаня и Памиро-Алая. Воинственный племенной союз саков распался в результате внутренних и внешних факторов. Какова была жизнедеятельность одних из первых населений в этих горных системах остается еще окончательно неизученной. Во II в. до н.э. появившиеся на исторической арене после саков племена усунь были близки по образу жизни к своим предшественникам. Обнаруженные памятники усунских времен также подтверждают их кочевой образ жизни.

Начиная во второй половины VI в.н.э. многочисленные тюркские племена пришли в Семиречье и Тянь-Шань из северо-восточной части Центральной Азии. Древние тюрки успешно осваивали Тянь-Шано-Алайский регион. Впоследствии они стали аборигенами этих горных местностей и оставили разные исторические памятники, свидетельствующие об их приверженности к скотоведческо-кочевому хозяйству. Таким образом, можно заключить, что древние жители Тянь-Шаня и Памиро-Алайской горной системы в основном приспосабливались к ведению кочевого образа жизни. Констатируя эти данные, можно сделать сравнительный анализ культурно-хозяйственной деятельности раннего населения изучаемых горных регионов с поздними обитателями, каковыми являются современные кыргызы и их предки.

По археологическим и письменным данным можно проследить хозяйственно-культурную деятельность древних обитателей Тянь-Шаня и Алая. Их следы можно обнаружить в разных уголках названных регионов. Это наскальные рисунки и петроглифы, останки стоянок и в редких случаях письменность и клеймовые тамги древних кочевников. Все эти данные могли бы дать нам приблизительную картину и жизнеописание древнего кочевника. Но, несмотря на все имеющиеся данные, в этом направлении наука отстает. Жизнь кочевника в горах остается неизученной. Состояние и перспективы изучения этой проблемы в плане исторического и культурно-хозяйственного аспекта имеет большое научно-практическое значение.

Cравнительное изучение письменных источников, полевых, археологических и других материалов позволяет нам восстановить историю хозяйственно-культурной деятельности древних и средневековых кочевников Тянь-Шаня и Памиро-Алая. Важным является вопрос культурной преемственности племен, населяющих эти территории в разные периоды истории. На самом деле поздние племена и народы могли бы стать носителями предыдущих культур или окружающая среда диктовала человеку свои условия, и они приспособились к той жизни, в которой они могли обеспечивать себя самым необходимым. В свете этих имеющихся данных можно проследить жизнь людей в горах Тянь-Шаня и Памиро-Алая. Из этносов, проживавших в те или иные времена в этих горных системах, остались только кыргызы, и они являются живыми носителями вертикально-кочевой культуры, выработанной человечеством еще приблизительно около трех тысяч лет тому назад.

Появление кыргызов на Тянь-Шане является не менее важным, поскольку основные идеи, заложенные в статье, изучаются через призму исторического прошлого названного этноса. Возможно, они как пришельцы, принесли с собой какие-то элементы южно-сибирской субрегиональной культуры или исконно-культурные традиции этноса растворилась местной среде и т.д. В этом направлении нам предстоит проанализировать сведения из разных письменных источников. Важно выявить некоторые этнокультурные особенности локального характера в географическом ареале распространения кыргызского этноса. Так, они, расселяясь в разных направлених горных долин, в некотором смысле, обособлялись друг от друга, что отражалось на их культурной среде.

В результате в Тянь-Шань-Алайской горной системе кыргызы разделились по территориально-географическому признаку, на не менее чем четыре локальные группы. Это - кыргызы Восточного Туркестана, Памиро-Алая, Андижано-Аксыйские и Центрального Тянь-Шаня. Таким образом, географический фактор существенно повлиял на этнокультурную среду обитания и хозяйственную деятельность кыргызов.

В этом аспекте можно проследить распространение групп кыргызов на востоке - от Восточного Тянь-Шаня, на запад - до Памиро-Алая, на юге - горы Куэнь-Лунья и Кара-Корума, а на севере - ныне занимаемые районы Центрального и Северного Тянь-Шаня и прилегающие территории. Рассмотрение в исторической ретроспективе распространения кыргызов по горному пространству позволяет нам глубже понять освоение ими разных горных меридиан Тянь-Шаня и Памиро-Алая.

Вплоть до начала XX в. кыргызы вели кочевой образ жизни. Несмотря на суровый климат, отрицательно повлиявший на естественный прирост численности, кыргызы достаточно адаптировались к горным условиям. Исследование свидетельствует, что кыргызы окончательно обрели свой нынешний этнический облик именно в горах Тянь-Шаня. Они освоили горный ландшафт, создали для себя условия и здесь выживали целые поколения. В связи с этим нам будет интересен вопрос значения горного ландшафта в сохранении самостоятельности и самобытности этноса. Изучение этого вопроса в узком формате, дает нам возможность раскрыть влияние географического и климатического фактора и вообще горного ландшафта на этнос. Возможно, эта проблема включает в себя вопросы биогенетического характера, к примеру, каков был процесс популяции населения в условиях географической самоизоляции.

Это объясняется тем, что в силу труднодоступности горных регионов кыргызы естественным образом обособлялись друг от друга. Появились локальные элементы этнокультурных взаимоотношений. В таких условиях были запретными близкородственные брачные отношения внутри рода. Они допускались только после семи поколений. Видимо, это традиция вырабатывалась на протяжении длительного периода истории и была направлена на сохранении генофонда кочевников.

На фоне этого вопроса нам необходимо изучить воздействие географической и климатической среды на жизнедеятельность кочевника. Как они выживали в суровых климатических и географических условиях, каким образом они использовали особенности гор в ведении хозяйственной деятельности и как вырабатывались хозяйственные навыки в горах. Все эти вопросы являются важными в перспективе, и без глубокого изучения вышеперечисленных моментов мы не сможем понять жизнь кочевника в горах.

В связи с этим не менее важным является вопрос традиционного хозяйства кыргызов в горах. Они вели свое хозяйство в горных долинах и ущельях, используя удобные лощины и горные плато. Стойбище кочевника располагалось недалеко от горных ручьев или рек. В крайнем случае, поблизости был родник. Ледниковые ручейки, спускавшись вниз, протекали через стоянку кочевника. Поэтому в бассейнах горных рек и ручьев остались культурные отпечатки кочевников разных эпох.

Попутно можно рассмотреть процесс кочевания кыргызов в традициях и в хозяйственном аспекте, в котором охватывает следующие вопросы: это способы кочевания, изучение и выбор местности, маршруты кочевания, традиции-обряды и разные ритуалы при кочевании, транспорт и снаряжения для кочевания и отгон табуна к месту назначения и т.д.

Все эти вопросы в перспективном будущем должны учитываться исследователями и должны непременно носить комплексный характер. Материалы по ранним и средневековым кочевникам, добытые археологами, имеют непосредственное отношение к изучаемой проблеме. Некоторые материалы, возможно, имеют большую ценность. Нам только остается масштабно вести поисковую работу и анализировать имеющиеся материалы, сопоставляя с фактами из других регионов и эпох. Без этого мы не сможем глубоко понять генезис и эволюцию культуры номадов нашего горного региона.

Примечания

Байыркы кыргыз тарыхынын актуалдуу проблемалары. – Бишкек: Кыргыз-Түрк "Манас" университети, 2001.
Бичурин Н.Я. Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена.- Т. 1.- М. – Л., 1951.
Бартольд В.В. Избранные произведения по истории кыргызов и Кыргызстана / Составление, доп. коммент. и предисловие О.Караева. – Б.: Фонд Сорос-Кыргызстан, 1996.
Бернштам А.Н. История кыргыз и Кыргызстана с древнейших времен до монгольского завоевания. – Б., 1998.
Бернштам А.Н. Историко-археологические очерки Центрального Тянь-Шаня и Памиро-Алая: Материалы и исследования по археологии СССР. - № 26. –М., Л. –1952.
Бернштам А.Н. Основные этапы истории культуры Семиречья и Тянь-Шаня (Советская археологияXI 1949, С.337-384)//Бернштам А.Н. Избранные труды по археологии и истории кыргызов и Кыргызстана. - Бишкек: "Айбек", 1997. - С.212.
Малов С.Е. Енисейская письменность тюрков. – М.; Л., 1952.
Худяков Ю.С. Кыргызы на просторах Азии. – Бишкек, 1995.
Табалдиев К.Ш. Курганы средневековых кочевых племен Тянь-Шаня. – Бишкек, 1996.

24 сентября 2014      Опубликовал: admin      Просмотров: 3579      

Другие статьи из этой рубрики

Анварбек Мокеев. К вопросу о происхождении и значения политической титулатуры енисейских и алтайских кыргызов "ажо" и "иди"

После обретения Кыргызстаном государственной независимости в научных и общественно-политических кругах, среди граждан республики значительно повысился интерес к отечественной истории, славному прошлому кыргызского народа. Этот интерес, главным образом, сфокусирован на истории этногенеза кыргызского народа, зарождения и развития кыргызской государственности, которая в конце XX века получила свое дальнейшее развитие в результате создания независимой Кыргызской Республики, ставшей полноправным членом мирового сообщества наций. Увлечение кыргызской интеллигенции историей древнекыргызской государственности настолько велико, что уже в первые годы независимости в процессе поиска этнической и культурной идентификации, благодаря усилиям журналистов и писателей, президента нашей республики стали называть термином ажо, что в древне-кыргызском языке означает "господин и владыка". В настоящее время, в связи с объявлением в нашей республике 2014 года указом президента А.Ш.Атамбаева Годом укрепления государственности, значительно возрастает актуальность всестороннего изучения истоков традиции государственности кыргызского народа в древности и средневековье.

Абытов Б.К. Город Ош в начале ХХ века (по материалам русскоязычных источников)

Известные события 1875-76 гг. ускорили ход завоевания Российской империей Кокандского хан­ства, в т.ч. и Оша. В январе 1876 г. из отношения Военного минис­тра Д.А. Милю­тина министру иностранных дел А.М. Гор­ча­кову становится известно о решении импера­тора Александара II занять территорию Кокандского хан­ства (ЦГА КР. Ф.И. 75. Оп. 1. Д.53. Л.85, 90). Последствия не заставили себя долго ждать. Чуть позже в сообщениях пер­вого Туркестан­ско­го генерал-губернато­ра К.П. Кауфмана от 4 марта 1876 г. отме­ча­лось, что "… Вновь занятую русскими войсками территорию, составляю­щую до прош­ло­го 1875 года ханство Коканское, включить в границы Империи и обра­зовать из нея область Ферганскую" (ЦГА РУз. -Ф. 715, Оп. 1. Д. 67. -Л.18; ООГАПД КР. -Ф. 50. Оп. 1. Д.121. Л.3). На что следовал указ императора Алек­сандра II, который гласил: "...образовать из нея область Ферганскую со включе­нием в состав Туркестанского генерал-губер­на­­тор­­ства…". (Кыргызстан-Россия...-С.376). Так, на карте Туркес­та­на появи­лась новая административно-терри­ториаль­­ная единица под наз­ва­нием Фер­ган­ской области.

А.М. Мокеев. О локализации алтайских киргизов в IX—XIV веках

В целом, как показывают результаты многолетних исследований ленинградского археолога Д. Г. Савинова, посвященные этнокультурным процессам, происходившим на всей территории енисейских киргизов после их выхода на историческую арену Центральной Азии, в это время сама культура енисейских киргизов претерпела определенные изменения за счет адаптации к культурным особенностям местных племен. На основании тщательного изучения этих особенностей Д. Г. Савинов выделил несколько локальных вариантов культуры енисейских киргизов IX—X вв.: минусинский, тувинский, красноярско-канский, прибайкальский, алтайский и восточно-казахстанский. По мнению Д. Г. Савинова, именно алтайский и восточно-казахстанский варианты культуры енисейских киргизов, которые сложились в результате длительных этнокультурных связей, прежде всего между енисейскими киргизами и кимаками в IX—X вв., имеют непосредственное отношение к материальной культуре тянь-шаньских киргизов. Эти выводы Д. Г. Савинова полностью согласуются с сообщениями письменных источников.
 
 
"Центральноазиатский исторический сервер"
1999-2017 © Абдуманапов Рустам
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте 

Вопросы копирования материалов