1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116
 
Статьи
 



Н.Н. Мингулов. Национально-освободительное движение народов Синьцзяна как составная часть общекитайской резолюции (1944—1949 годы).

2.С. 70


скупала сельскохозяйственную продукцию и по баснословным ценам сбывала промышленные изделия.

Налоговый гнет, эксплуатация местных феодалов, лихоимство чиновников создавали условия для широкого процветания ростовщичест­ва. Испытывая постоянную нужду, крестьяне вынуждены были брать ссуду под высокий процент у ростовщика, причем нередко купец и рос­товщик выступали в одном и том же лице.

Если крестьянин весной вынужден был занимать у ростовщика зерно или деньги, то осенью он должен был возвращать ссуду в раз­мере 250—300 проц. Это значит, что ростовщик за 3—4 месяца получал в среднем 200 проц. прибыли. Так, например, в кишлаке Дадамту (Илийский уезд) один крестьянин за полтора года должен был выплатить ростовщику взятую у него ссуду уже в пятикратном размере [6].

Уплата процентов по ссуде лишала непосредственного производи­теля необходимого прожиточного минимума, и чтобы как-то просуще­ствовать, он был вынужден вновь обращаться к ростовщику и таким образом попадал в вечную кабалу.

В незавидном положении находились и рабочие. По этому поводу газета "Янги-юл" писала: "В нашей провинции нет промышленных ра­бочих и пролетариата, но у нас есть рабочие мелких предприятий, на­емные рабочие — мардикеры, которые живут в таких же условиях, как дехкане и араты и подвергаются той же эксплуатации" [7].

Для сохранения своего владычества гоминдановские правители сеяли вражду и разжигали междоусобицы между национальными меньшинствами, всячески препятствовали развитию торговых и культурных связей между ними, держали народы Синьцзяна в темноте и невежестве.

По отношению к национальным меньшинствам гоминдановская клика проводила крайне реакционную политику, целиком унаследован­ную от маньчжурских правителей и северных милитаристов — политику чудовищного угнетения и эксплуатации. Национальные меньшинства были лишены возможности учиться, развивать свою культуру. Народ­ные массы Синьцзяна не знали школ и грамоты. Бесцеремонно попира­лись национальные права и религиозные чувства народа. Представите­ли местных национальностей не могли занимать каких-либо ответствен­ных постов в государственных учреждениях. В Синьцзяне почти совер­шенно отсутствовало медицинское обслуживание населения. Огромные бедствия причиняли народу частые эпидемии оспы и других заразных болезней, уносивших много человеческих жизней. Смертность среди де­тей достигала 60—70 проц. [8].

В результате длительного господства гоминдановской реакции, беспощадно угнетавшей многочисленные народности Северо-Западного Ки­тая, трудовое население Синьцзяна было доведено до крайней нищеты, вымирало от голода и болезней. Унизительная национальная дискрими­нация и феодальный гнет, веками существовавшие в старом Китае, с особой силой проявлялись здесь, на северо-западной окраине.

Однако народы Синьцзяна не мирились со своей участью и давали отпор колонизаторской политике гоминдана. Расцвет национальной культуры и экономики в сопредельных с Синьцзяном советских средне­азиатских республиках, освобожденных Великой Октябрьской социали­стической революцией от социального и национального угнетения, слу-

6          "Янги-юл", 1950, 8 апреля. 7          Там же, 1950, 3 июля. 8          "Тянь-Шань", 1947, стр. 9.
Назад  1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13    14    15    16    17    18    19    20    21    22    23    24    25    26    27    28    29    30    31    32    33    34  Вперед
12 октября 2009      Автор: admin      Просмотров: 68270      

Другие статьи из этой рубрики

Александр Юрченко. Клятва на золоте: тюркский вклад в монгольскую дипломатию

Ритуал клятвы относится к культурным универсалиям. Видов клятв и вариантов их реализации ограниченное число. Клятва на золоте, как и большинство сюжетов, связанных с реалиями повседневной жизни в Монгольской империи, редко привлекает внимание исследователей. Остается неизвестным, каким образом монгольские ханы предоставляли гарантии безопасности иноземным правителям, требуя их прибытия на курултаи. Как создавалась атмосфера доверия, предшествовавшая непосредственной встрече высоких сторон? Широкие контакты, которые Монгольская империя навязывала сопредельным и зависимым от нее странам, как правило, имели целью создание военных союзов. То же самое относится к взаимоотношениям различных кланов Чингизидов. Во всех этих случаях использовалась клятва на золоте. В персидских источниках монгольского времени ритуал фигурирует под образным выражением "съесть золото" и, видимо, в силу известности содержание ритуала не раскрывается. Наша задача — раскрыть суть этого инструментария. История клятвы такова.

А.В. Соломин. Происхождение тунгусского князя Гантимура по данным ономастики.

Одним из основных вопросов этнической истории Восточного Забайкалья и истории русско-китайских отношений остаётся вопрос происхождения князя Гантимура – ключевой фигуры в региональных событиях XVII века. Во всех российских официальных документах вплоть до советского времени князь и его потомки именуются конными тунгусами, т.е. эвенками. Более того, тунгусами было названо всё подвластное Гантимуру население: эвенкийское племя нелюдов и многочисленные роды пашенных дауров Верхнего Амура
 
 
"Центральноазиатский исторический сервер"
1999-2017 © Абдуманапов Рустам
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте 

Вопросы копирования материалов