Статьи
 

Происхождение якутов

Якуты относятся к числу народов с сложным этническим образованием, сформировавшимся в результате взаимодействия двух процессов, протекавших "в беспрерывном единстве" - дифференциации различных этнокультур и их интеграции.
По изложенному материалу, этногенез якутов начинается с эпохи ранних кочевников, когда на западе Центральной Азии и в Южной Сибири развивались культуры скифо-сибирского типа, связанные своим происхождением с иранскими племенами. Отдельные предпосылки этой трансформации на территории Южной Сибири уходят в глубь II тыс. до н.э. Наиболее отчетливо истоки этногенеза якутов и других тюркоязычных народов Саяно-Алтая прослеживаются в пазырыкской культуре Горного Алтая. Ее носители были близки к сакам Средней Азии и Казахстана. Ираноязычность пазырыкцев подтверждается также данными топонимики Алтая и прилегающих к нему районов Южной Сибири. Этот дотюркский субстрат в культуре народов Саяно-Алтая и якутов проявляется в их хозяйстве, в вещах, выработанных в период раннего кочевничества, таких, как железные тесла, проволочные серьги, медные и серебряные гривны, кожаная обувь, деревянные кубки-чороны. Эти древние истоки прослеживаются и в декоративно-прикладном искусстве алтайцев, тувинцев, якутов, сохранившемся влиянии "звериного стиля".
Древнеалтайский субстрат обнаруживается у якутов в погребальном обряде. Это - олицетворение коня со смертью, обычай устанавливать на могиле деревянный столб - символ "древа жизни", а также кибэсы, специальные люди, занимавшиеся погребениями. Они, как и зороастрийские "служители мертвых", содержались вне поселений. В этот комплекс входит культ коня и дуалистическая концепция - противопоставление божеств айыы, олицетворяющих добрые творческие начала и абааhы, злых демонов.

Дотюркский комплекс в духовной культуре проявляется в олонхо, мифологии и культе айыы. Во главе божеств айыы стоял Урун Aap-тойон "белый священный творец господь". Его жрецы - белые шаманы, как служители Ахура-Мазда, носили белые одеяния и во время моления пользовались веткой березы, как жрецы - баресмой, пучком тонких веток. Якуты свое "мифологическое начало" связывали с божествами айыы. Поэтому в эпосе они называются "айыы аймаhа" (буквально: сотворенные божествами айыы). Кроме того, основные названия и термины, связанные с культом айыы и мифологией, имеют индоиранские параллели, среди которых наблюдается больше совпадений с индоарийскими. Это положение, например, иллюстрирует богиня деторождения Айыылишт, вероятно, близкая к образу ведийской богини Ли, или такие слова, как якутское кыраман "проклятие" и индийское карма "возмездие". Параллели прослеживаются и в бытовой лексике (например, др. инд. vis "род", "племя", як. биис в том же значении и др.). Эти материалы согласуются с данными иммуногенетики. Так, в крови 29,1 % якутов, исследованных В.В. Фефеловой в разных районах республики, обнаружен антиген HLA-AI, встречаемый только в европеоидных популяциях. Он у якутов часто встречается в сочетании с другим антигеном - HLA-BI7. А они вместе прослеживаются в крови двух народов [2] - якутов и индийцев-хинди. Наличие скрытого древнего европеоидного генофонда у якутов подтверждается и данными психологии: обнаруживание у них т.н. "межполушарного типа мышления". Все это подводит к мысли о том, что в этногенезе якутов приняли участие какие-то древние отуреченные группы индоиранского происхождения. Возможно, ими были роды, связанные с пазырыкцами Алтая. Физический тип последних отличался от окружающего их европеоидного населения более заметной монголоидной примесью. Кроме того, для сакской мифологии, оказавшей огромное воздействие на пазырыкцев, характерны параллели в большей степени с ведийской.

Скифо-хуннские истоки в этногенезе якутов в дальнейшем развивались по двум направлениям. Первое условно названо мною "западным" или южносибирским. В его основе лежали истоки, выработанные под влиянием индоиранской этнокультуры. Второе - "восточное" или "центральноазиатское". Оно представлено немногочисленными якутско-хуннскими параллелями в культуре. Хуннская среда являлась носительницей исконной центральноазиатской культуры. Эта "центральноазиатская" традиция прослеживается в антропологии якутов и в религиозных представлениях, связанных с кумысным праздником ыьыах и остатками культа неба - танара.

Западные районы Центральной Азии и Алтай считаются местами формирования тюркских племен, потому вобрали многие культурные установки скифо-сакских кочевников. В V в. древние тюрки [3] из районов Восточного Туркестана, заселенных ираноязычными племенами, переселились в Южный Алтай и включили в свой состав местные племена. Древнетюркская эпоха, начавшаяся в VI в., по территориальному охвату и грандиозности своего культурного и политического резонанса, ничуть не уступала предшествующему периоду. С такими эпохальными периодами, порождающими в целом единую нивелированную культуру, порой трудно дифференцируемую в конкретном этническом плане, обычно связываются новые витки этногенеза. Наряду с другими зтнообразованиями в древнетюркскую эпоху происходило формирование тюркских основ якутского языка и культуры.

Якутский язык по лексико-фонетическим особенностям и грамматическому строю отнесен к числу древних тюркских наречий. Но уже в VI-VII вв. тюркская основа языка существенно отличалась от древнеогузского: по С.Е. Малову, якутский язык по своей конструкции считается языком дописьменным. Следовательно, или основа якутского языка первоначально не являлась тюркской, или же она отделилась от тюркского в древности, когда последний переживал период огромного культурно-языкового воздействия индоиранских племен и развивалась в дальнейшем обособленно. Сопоставление культуры якутов с древнетюркской показало, что в якутском пантеоне и мифологии более последовательно сохранились именно те стороны древнетюркской религии, которые развивались под воздействием предшествующей скифо-сибирской эпохи. Но вместе с тем якуты сохранили многое в верованиях и погребальном обряде. В частности, вместо древнетюрксхих камней-балбалов якуты ставили деревянные столбики-шесты.

Но если у тугю количество камней на могиле покойного находилось в зависимости от людей, убитых им на войне, то у якутов количество устанавливаемых столбиков зависело от количества зарытых с умершим и съеденных на его тризне коней. Юрту, где умер человек, срывали до основания и получалась четырехугольная земляная оградка, наподобие древнетюркских оградок, сооружаемых на стороне от могилы. На месте, где лежал умерший, якуты ставили истукан-балбах, тяжелую мерзлую глыбу из навоза, разведенного глиной. В древнетюркскую эпоху вырабатываются новые культурные эталоны, трансформирующие раннекочевнические традиции. Этими же закономерностями характеризуется материальная культуры якутов, которую принято считать тюркской.

Тюркские предки якутов отнесены к числу "гаогюйских динлинов" - телесских племен, среди которых одно из главных мест принадлежало древним уйгурам. В якутской культуре сохранились некоторые параллели, связанные с ним: культовые обряды, использование коня для сговора при заключении браков; некоторые термины, связанные с верованиями и способами ориентации на местности.
К числу телесских племен относились и курыканы Прибайкалья, сыгравшие известную роль в становлении скотоводов Лены. В происхождении курыкан принимали участие местные, по всей вероятности, монголоязычные скотоводы, связанные с культурой плиточных могил или шивэйцами и, возможно, древние тунгусы. Но в этом процессе ведущее значение принадлежало пришлым тюркоязычным племенам, родственным древним уйгурам и кыргызам. Культура курыкан развивалась в тесном контакте с Красноярско-Минусинским регионом. Под влиянием местного монголоязычного субстрата тюркское кочевое хозяйство оформилось в полуоседлое скотоводство со стойловым содержанием скота. Впоследствии якуты через своих прибайкальских предков распространили на Средней Лене скотоводческое хозяйство, некоторые предметы быта, формы жилищ, глиняные сосуды и, вероятно, унаследовали свой основной физический тип.

В X-XI вв. в Прибайкалье, на Верхней Лене появились монголоязычные племена. Началось их совместное проживание с потомками курыкан. В дальнейшем часть этого населения (потомки курыкан и другие тюркоязычные группы, испытавшие сильное языковое воздействие монголов) спустились вниз по Лене и стали ядром в формировании якутов.

В этногенезе якутов прослеживается участие второй тюркоязычной группы с кипчакским наследием. Это подтверждается присутствием в якутском языке нескольких сот якутско-кыпчакских лексических параллелей. Кипчакское наследие, как нам представляется, проявляется через этнонимы ханалас и саха. Первый из них имел вероятную связь с древним этнонимом ханлы, носители которого в дальнейшем вошли в состав многих средневековых тюркских народов. Особенно велика их роль в происхождении казахов. Этим следует объяснить наличие ряда общих якутско-казахских этнонимов: одай - адай, аргин - аргын, мэйэрэм суппу - мейрам сопы, ерас куел - оразкельды, туер тугул - гортуур. В XI в. канглы-печенеги вошли в состав кипчаков. Звеном, связующим якутов с кипчаками, является этноним сака, со множеством фонетических вариантов, встречаемых среди тюркских народов: сокы, саклар, сакоо, секлер, сакал, сактар, саха. Первоначально данный этноним, видимо, входил в круг телесских племен. Среди них, наряду с уйгурами, курыканами, китайские источники помещают племя сейке. Среди этих племен кочевали и сиры, которые, как считает С.Г.Кляшторный, с VIII в. стали именоваться кыбчаками.
При этом нужно согласиться с мнением С.М. Ахинжанова о том, что первоначальным местом пребывания кипчаков были южные склоны Саяио-Алтайских гор и степей. Небольшой Сирский каганат в VII в. включил в свой состав енисейских киргизов. В VIII в. после разгрома тугю и сиров, уцелевшая часть сиров отошла на запад и заняла Северный Алтай и верховья Иртыша. С ними, видимо, отошли и носители этнонима сейке-сака. В IX в. вместе с кимаками кипчаки образовали новый союз. В XI в. в состав кипчаков вошли канглы и в целом кипчакский этнографический комплекс образовался в XI-XII вв.

Родство якутов с кипчаками определяется наличием общих для них элементов культуры - обряда погребения с остовом коня, изготовления чучела коня, деревянных культовых антропоморфных столбов, предметов украшений, связанных в своей основе с пазырыкской культурой (серьги в виде знака вопроса, гривны), общих мотивов орнамента. Древнее "западное" (южносибирское) направление в этногенезе якутов в эпоху средневековья было продолжено кипчаками. И, наконец, этими же связями объясняются сюжетные параллели, обнаруживаемые в дастанах волжских татар и якутском цикле исторических преданий "Эллэяда", т.к. на формирование татар огромное воздействие оказали средневековые половцы.

Эти выводы в основном получили подтверждение на основе сравнительного изучения традиционной культуры якутов и культур тюркских народов Саяно-Алтая. В целом эти культурные связи распадаются на два основных слоя - древнетюркский и средневековый кыпчакский. В более условном разрезе якуты сближаются по первому слою через огузско-уйгурский "языковой компонент" с сагайской, бельтирской группами хакасов, с тувинцами и некоторыми племенами североалтайцев. У всех этих народов, кроме основной скотоводческой, распространена также культура горно-таежного облика, с которой связаны рыболовческо-охотничьи навыки и приемы, строительство стационарных жилищ. Вероятно, с этим слоем связаны малочисленные словарные сходства между якутским и кетским языками.

По "кипчакскому слою" якуты сближаются с южными алтайцами, тобольскими, барабинскими и чулымскими татарами, кумандинцами, телеутами, качинской и кызыльской группами хакасов. Видимо, по этой линии проникают в якутский язык небольшие привнесения самодийского происхождения (например, як. отон "ягода" - самоед.: ode "ягода"; як. кытыш "можжевельник" - финно-угр. kataya "можжевельник"). Притом заимствования из финно-угорских и самодийских языков в тюркские довольно часты для обозначения ряда пород деревьев и кустарников. Следовательно, эти контакты связаны в основном с лесной присваивающей ("собирательской") культурой.

По нашим данным, проникновение первых скотоводческих групп в бассейн Средней Лены, ставших основой в сложении якутской народности, началось в XIV в. (возможно и в конце XIII в.). В общем облике материальной культуры кулун-атахцев прослежены некоторые местные истоки, связанные с ранним железным веком, при доминирующей роди южных основ.

Пришельцы, осваивая Центральную Якутию, произвели коренные изменения в хозяйственной жизни региона - привели с собой коров и лошадей [4], организовали сенокосно-пастбищное хозяйство. Материалы из археологических-памятников XVII-XVIII вв. зафиксировали преемственную связь с культурой кулун-атахцев. Вещевой комплекс из якутских погребений и поселений XVII-XVIII вв. находит свои ближайшие аналогии в Южной Сибири, преимущественно охватывающей районы Алтая и Верхнего Енисея в пределах X-XTV вв. Параллели, наблюдаемые между курыканской и кулун-атахской культурами, в это время как бы затушевываются. Но выявляются кыпчако-якутские связи по сходству черт материальной культуры и погребального обряда.

Влияние монголоязычной среды в археологических памятниках XIV-XVIII вв. практически не прослеживается. Но оно проявляется в языковом материале, а в хозяйстве составляет самостоятельный мощный пласт. При этом интересно то, что якуты, как монголоязычиые шивэйцы, ездили на санях, запряженных быками и занимались подледным рыболовством. Как известно, этногенез покоится на трех главных компонентах - историко-культурном, языковом и антропологическом. С этой точки зрения, оседлое скотоводство, сочетающееся с рыболовством и охотой, жилища и хозяйственно-бытовые постройки, одежда, обувь, орнаментальное искусство, религиозно-мифологические воззрения якутов имеют южносибирскую, в своей основе тюркскую платформу. Устное народное творчество, народные знания, обычное право, имея тюркско-монгольскую основу, окончательно сформировались в бассейне Средней Лены.

Исторические предания якутов, во всем согласии с данными археологии и этнографии, происхождение народа связывают с процессами переселения. По этим данным, именно пришлые группы, возглавляемые Омогоем, Эллэем и Улуу-Хоро, составили основной костяк якутского народа.
В лице Омогоя можем усмотреть потомков курыкан, принадлежавших по языку к огузской группе. Но их язык, видимо, испытал влияние древней прибайкальской и пришлой средневековой монголоязычиой среды. Потомки Омогоя занимали весь север Центральной Якутии (Намекни, Дюпсюно-Борогонский и Баягантайский, т.н. "ахающие" улусы). Интересно то, что, по материалам гипполога И.П.Гурьева, лошади из Намского района проявляют наибольшее сходство с монгольской и ахалтекинской породами.
Эллэй олицетворял собой южносибирскую кипчакскую группу, представленную в основном кангаласцами [5]. Кипчакские слова в якутском языке, по определению Г.В. Попова, в основном представлены редкоупотребляемыми словами. Из этого следует, что эта группа не оказала ощутимого воздействия на фонетический и грамматический строй языка старотюркского ядра якутов.
Предания об Улуу-Хоро отразили приход монгольских групп на Среднюю Лену. Это согласуется с предположением лингвистов о проживании монголоязычиого населения на территории современных "акающих" районов Центральной Якутии. Таким образом, якутский язык по грамматическому строю принадлежит к огузской группе, по лексике - к огузско-уйгурской и отчасти кыпчакской. В нем выявляется древний "подпочвенный" слой лексики индоиранского происхождения. Монгольские заимствования в якутском языке имеют, видимо, двух или трехслойное происхождение. Относительно малочисленны слова эвенкийского (тунгусо-маньчжурского) привнесения.

По нашим данным, формирование современного физического типа якутов завершилось не ранее середины II тыс. н.э. на Средней Лене на основе смешения пришлых и аборигенных групп. Часть якутов, образно названная "палеоазиатами в центральноазиатских масках" [6], вливалась постепенно в состав народа через тунгусский ("байкальский") субстрат, т.к. южные пришельцы не могли здесь застать коряков или других палеоазиатов. В южном антропологическом пласте якутов возможно выделение двух типов - довольно мощного центральноазиатского, представленного прибайкальским ядром, испытавшим влияние монгольских племен, и южносибирского антропологического типа с древним европеоидным генофондом. В дальнейшем эти два типа слились в одно, образуя южный костяк современных якутов. При этом, благодаря участию хоринцев центральноазиатский тип становится преобладающим.

Следовательно, хозяйство, культура и антропологический тип якутов окончательно сформировались на Средней Лене. Приспособление хозяйства и культуры южных пришельцев к новым природно-климатическим условиям севера, происходило за счет дальнейшего усовершенствования своих исконных традиций. Но естественная для новых условий эволюция культуры выработала многие специфические особенности, присущие только якутской культуре.

Принято считать, что завершение процесса этногенеза происходит в момент появления отчетливого этнического самосознания, внешним проявлением которого становится общее самоназвание. В торжественной речи, особенно в фольклорно-обрядовой, употребляется словосочетание "ураанхай-саха". Вслед за Г.В. Ксенофонтовым, можно было бы усмотреть в ураанхай [7] обозначение тунгусоязычных, вошедших в состав формирующихся саха. Но скорее всего, в старину вкладывали в это слово понятие "человек" - человек-якут (первозданный якут), т.е. ураанхай-саха.

Саха дьоно - "якутский народ" к приходу русских представлял "первичную" или "постплеменную народность", возникшую в условиях раннеклассового общества непосредственно на базе родоплеменных отношений. Поэтому завершение этногенеза и формирование основ традиционной культуры якутов произошло в пределах XVI в.

Ссылки:

[1] Фрагмент из книги исследователя Гоголева А.И. - [Гоголев А.И. "Якуты: проблемы этногенеза и формирование культуры". - Якутск: Изд-во ЯГУ, 1993. - 200 с.]
[2] По материалам В.В. Фефеловой, сочетание этих антигенов встречается еще у западных бурят, генетически связанных с якутами. Но у них частота гаплотипа AI и BI7 значительно ниже, чем у якутов.
[3] Д.Е. Еремеев предполагает иранское происхождение этнонима "тюрк": ираноязычные туры "с быстрыми конями" были ассимилированы тюркоязычными племенами, но сохранили прежний этноним (тур>тюр>тюрк). (См.: Еремеев Д.Е. "Тюрк" - этноним иранского происхождения? - С. 132).
[4] Исследования последних лет показали высокое генетическое сходство якутских лошадей с южными степными лошадьми. (См. Гурьев И.П. Иммуногенетические и краниологические особенности экотипов якутской лошади. Автореф. канд. дисс. - М., 1990).
[5] Лошади из Мегино-Кангаласского района, причисленные к восточной группе, сходны с казахской лошадью типа джабе и отчасти с киргизской и лошадьми о. Чечжу (Япония). (См.: Гурьев И.П. Указ. соч. С. 19).
[6] В этом плане обособленное положение занимает большая часть вилюйских якутов. Они, несмотря на гетерогенность в генетическом отношении, объединяются в группу палеосибирских монголоидов, т.е. эта группа (за исключением сунтарских якутов, которые принадлежат к представителям якутского населения Центральной Якутии) в своем составе несет древний палеосибирский компонент. (См.: Спицын В.А. Биохимический полиморфизм. С. 115).
[7] Этноним урянхай-урянхит еще в I тыс. н.э. был широко распространен в среде алтаеязычных, у палеоазиатов Енисея, самодийцев.

1 сентября 2008      Опубликовал: admin      Просмотров: 3023      

Другие статьи из этой рубрики

Э. Пекарский, Предания о том, откуда произошли якуты

Одним из самых темных вопросов истории якутского народа является вопрос о его происхождении. Какими-либо документальными данными для решения этого вопроса мы не располагаем, и потому исследователь вынужден углубляться в область лингвистики, археологии, антропологии и этнографии, чтобы оттуда извлечь какие-либо указания на происхождение этого даровитого племени, сохранившего, несмотря на крайне неблагоприятные жизненные условия, свой богатый язык и произведения своего духовного творчества и, что всего замечательнее, свой физический тип. Якуты, как известно, не только не ассимилировались с окружающими их народностями, но, наоборот, эти последние сами подвергаются в большей или меньшей степени объякучиванию, часто до полного забвения собственного языка, что наблюдается, напр., у некоторых тунгусских родов Майского ведомства.
 
 
"Евразийский исторический сервер"
1999-2017 © Абдуманапов Рустам
Вопросы копирования материалов
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте