1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133, 134, 135, 136, 137, 138, 139, 140, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 159, 160, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167
 
Статьи
 



Асылбек Бисенбаев

ДРУГАЯ ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ

Онлайн-версия книги известного казахстанского историка, автора более 200 научных статей, кандидата исторических наук Асылбека Кнаровича Бисенбаева. Книга была выпущена в Алматы в 2003 году.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

«И вот конец того, что дошло до нас из рассказа
о медном городе, полностью, а Аллах лучше знает»
(Книга тысяча и одной ночи)

Сегодняшний опыт таков, что пришло время для глубокого осознания многих вещей. Падение тоталитаризма вовсе не означает установление гармонии и гуманистического общественного строя. А скорее, наоборот, в стане борцов против прежнего строя происходит неизбежный раскол на националистов, либералов, государственников, почвенников, фашистов, сторонников сильной руки и далее, и далее, и далее. Борцы за честную демократию могут также бесконечно препираться между собой в поисках доказательств своей честности перед уставшим от слов и бездействия электоратом. Для многих движение к демократии, к которой призывают политики, означает падение в нищету, безработицу, ассоциируется с отсутствием перспектив в будущем, расставанием даже с тем небольшим набором социальных  гарантий, который существовал при тоталитарном режиме. И поэтому неудивительно, что все больше и больше людей мучают себя вопросом, – а стоило ли претерпевать столько лишений, для того, что бы придти к столь печальному результату? Тяжелая действительность не оставляет даже утешения в виде декларируемого лозунга о социальном равенстве. Более того, пропаганда постоянно говорит о неизбежности деления общества на богатых и бедных, а бедность объясняется  неспособностью широких социальных слоев принять рыночные отношения.

Тем не менее, в течение первых лет «строительства капитализма» существовала вера в быстротечность транзитного периода. Иллюзия рухнула.
Но наряду с теми, кто совершенно искренне верил в реальность быстрого преодоления транзитного периода и включения целой группы стран в лоно демократии, существовали и скептики. Например, профессор политологии Стэнфордского университета Ф. Шмиттер писал о том, что «стремление новичков демократий копировать основные нормы и институты старых либеральных демократий отнюдь не гарантируют успеха. Нет доказательств неизбежности, необратимости, исторической необходимости демократии, обязательной функциональной потребности в ней капитализма и соответствия некоему неизбежному этическому императиву в социальной эволюции. Несомненно, что укрепление демократии требует напряженных усилий, вряд ли осуществимых во многих странах» [341]

Есть и другая сторона медали – осознание проблем и сложностей развития общества в условиях транзита позволяет более точно избирать маршруты развития, преодолевать существующие и прогнозируемые проблемы. Небольшой опыт  развития постсоциалистического мира показывает реальные возможности создания демократического общества без краткого ли длительного транзита. Пример Чехословакии, которая осуществила «бархатную» революцию, мирный развод и восстановление демократии показателен и желателен. Югославия стала примером жесточайшей борьбы, которая вызвала пробуждение самых темных демонов.
Но означает ли это, что мы идем по тому пути, который неизбежно должен означать подавление, угнетение, борьбу, восстание и уничтожение. История вновь говорит нам, что в генетическом коде народов нет обреченности к тоталитаризму или демократии. Воля к свободе и достоинству присущи всем народам. Это неотъемлемое право, которое они завоевывают разными путями, даже если сражаться за них приходиться очень долго.

1 сентября 2008      Опубликовал: admin      Просмотров: 3408      

Другие статьи из этой рубрики

Иштван Вашари. Многоязычие и культурные взаимодействия в Золотой Орде

Следствием монгольских завоеваний было образование к середине XIII века крупнейшей из известных в истории евразийских империй. После избрания Чингиза ханом всего монгольского мира и объединения в 1206 году монгольских племен, с территории Монголии выступила армия, состоявшая из воинов-кочевников и представлявшая собой невиданную по мощи боевую машину, которая всего за два поколения (то есть к 60-м годам XIII столетия) создала огромную империю, простиравшуюся по всему евразийскому континенту от Китая до Карпат. В течение долгого времени исторические исследования со-средотачивались, в основном, на военных событиях монгольских завоеваний, и в большинстве работ акцент делался на катастрофические разрушения, причиненные нашествием монголов практически во всех странах и обществах Евразии.

Б.Д. Цыбенов. Даурские роды в XVII в.

В начале XVII в. дауры населяли обширную территорию от Еравнинских озер и верховьев Витима на западе до притока Амура в среднем течении – р. Буреи на востоке (ныне Бурейский район Амурской области); на севере доходили до устья притока Алдана – р. Амга (совр. Республика Саха-Якутия), на юге граница проходила по правому берегу Амура, в районе притоков – Кун и Букур (северная часть провинции Хэйлунцзян КНР). В Восточном Забайкалье, помимо эвенкийского окружения, с юго-запада, с даурами, возможно, поддерживали связи племена и объединения монгольского происхождения (табангуты, хори). Амур в верхнем течении на всем протяжении (около 900 км.) был естественной границей между даурами и этнотерриториальным объединением монголов – хорчинов, в состав которых входили кереиты, солонгуты и ряд других монгольских племен [21, c. 23]. Отдельные группы дауров, проживавшие на правом берегу Амура, находились с ними в непосредственных контактах. На юге и востоке даурские земли соприкасались с территорией маньчжурских племен, а северными соседями были эвенки-орочоны. Отметим, что дауры различали эвенков по хозяйственно-культурному типу: хонкор (онкор) – скотоводы и земледельцы и орчен – оленеводы. Первые проживали в соседстве с даурами, в некоторых местах наблюдается чересполосное расселение. В целом, тунгусо-маньчжурские элементы приняли немалое участие в формировании даурской народности. Об этом свидетельствуют данные материальной и духовной культуры, заимствования в языке. К тотемным культам, по всей вероятности, тунгусо-маньчжурских народов, относится почитание даурами медведя, как первопредка [пма, инф. И Сун]. Имеются сведения об эвенкийских родах, связанных с даурами кровными узами. Их называют "таараалеэ", производное от корня "таар", имеющего следующие значения: 1) "дети братьев матери"; 2) "дети сестер отца" [пма, инф. Э Жуйфу].

Г.Г. Пиков. О «кочевой цивилизации» и «кочевой империи». Статья первая: «Кочевая цивилизация»

В кочевниковедении наработан столь огромный материал в виде фактов и идей и отмечено столь значительное количество особенностей развития кочевого сообщества, не характерных как для земледельческих областей, так и для районов с присваивающей экономикой, что не видеть или игнорировать специфику развития и устройства обществ евразийского степного коридора уже невозможно. В историографии однако, как справедливо отметил пионер идеи кочевой цивилизации в нашей стране А. И. Мартынов [Мартынов. Степи Евразии; он же. О степной; Он же. Первичные цивилизации; Он же. Два этапа; Он же. Модель; Совещание], взаимоотношения обществ оседлых цивилизаций и степной Евразии все еще не рассматривались как система отношений двух параллельно развивающихся миров и это связано с тем, что оседлые общества - явление историческое, а степная Евразия, прежде всего, археологическое, добавим, и филологическое, т. е. описываемое все еще достаточно тенденциозно, в значительной степени на основе тех оценок, которые давали современники кочевой цивилизации.

Жаксылык Сабитов. Чекре-хан и «Мухаммед-хан»

Проблема ханствования Чекре-хана никогда не становилась объектом отдельной статьи. Большинство историков не особо обращали внимание на данного хана, в следствии его статуса (он считался одним из марионеточных ханов Едиге) и краткого срока правления. Можно вполне согласиться с данными тезисами, но это не должно являться причиной того, что фигура данного хана останется в забвении даже среди профессиональных историков. К проблеме же того, кто был противником Чекре-хана было уделено достаточно внимания и этот вопрос рискует быть слишком запутан интерпретациями современных исследователей.
 
 
"Центральноазиатский исторический сервер"
1999-2019 © Абдуманапов Рустам
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте 

Вопросы копирования материалов