1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133, 134, 135, 136, 137, 138, 139, 140, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 159, 160, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167
 
Статьи
 



Н.Н. Мингулов. Национально-освободительное движение народов Синьцзяна как составная часть общекитайской резолюции (1944—1949 годы).

16.С. 84

тьев, живущих на территории демократической базы, где претворялась в жизнь "Программа по осуществлению политических дел" ("Полити­ческая программа") и была установлена народная власть, требовало осуществления демократической политики на территории всего Синь­цзяна.

Движение за соблюдение условий мирного соглашения среди населения семи округов усиливалось. Видя пробуждение и рост сознатель­ности народа, реакция еще больше активизируется: поспешно сколачи­ваются контрреволюционные националистические общества и тайные организации, которые пытаются сеять раздоры среди различных наци­ональностей и распространяют различные провокационные слухи.

Вся эта провокационная кампания пользуется полнейшей поддержкой со стороны реакционных членов коалиционного правительства, которые, несмотря на все усилия демократических деятелей в прави­тельстве, всячески препятствовали осуществлению мероприятий по де­мократизации Синьцзяна на основе условий мирного соглашения.

Саботаж реакционеров в коалиционном правительстве привел к его расколу. В группу, стоявшую на позициях борьбы за осуществление мирного соглашения и проведение подлинно демократических преобра­зований, входили Ахмеджан Касымов, Бурхан Шахидов, Абдуль-Керим Аббасов, Далилхан Сугурбаев и др [46].

В реакционную, антинародную группировку, нарушавшую условия мирного соглашения, входили: Чжан Чжи-чжун, Салис, Джаным-хан, Айса Алапткин, Лю Мэн-чунь, Ван Цзунь-шань, Бай Вэнь-би и др.

Первая группа, во главе с Ахмеджаном Касымовым, поддержива­лась большинством населения, а вторая опиралась на гоминданов­ские войска. Реакционеры все же не решались пойти на окончательный срыв мирного соглашения. По их утверждениям, имевшие место много­численные террористические акты против прогрессивных сил не носили организованного характера, а были случайными или совершались вы­нужденно различными частными лицами.

Гоминдановские члены коалиционного правительства не останавливаются перед прямым нарушением мирного соглашения. Так, односто­ронним решением они ввели в состав правительства Джаным-хана в качестве заведующего Департаментом финансов, а на должность мэра города Урумчи поставили Хади-Вана. Эти лица были хорошо известны своими давними связами с американским разведывательным центром. Всячески саботируя практические мероприятия демократических пред­ставителей в коалиционном правительстве, реакционеры временно все же воздерживались от открытых выступлений. Сигналом для неприкры­того наступления против сил демократии в Синьцзяне явились откро­венные призывы реакционеров к ликвидации демократической базы трех округов, раздавшиеся на так называемом "Всекитайском Наци­ональном собрании", происходившем в Нанкине в период с 15 ноября по 25 декабря 1946 г. Синьцзянские националисты в лице ярых пантюркистов и предателей интересов народа Масхуда и К0, руководимые и поддерживаемые чанкайшистской кликой, развернувшей к этому вре­мени гражданскую войну в стране и начавшей наступление против де­мократических сил в общекитайском масштабе, открыто выступили про­тив требований народов Синьцзяна о полном соблюдении условий мир­ного соглашения из 11 пунктов.

Это ознаменовало собой конец периода частичного соблюдения условий мирного соглашения (1 июля 1946 — январь 1947 г.) и начало

46 "Уйган", 1948, 1 января.
Назад  1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13    14    15    16    17    18    19    20    21    22    23    24    25    26    27    28    29    30    31    32    33    34  Вперед
12 октября 2009      Автор: admin      Просмотров: 79426      

Другие статьи из этой рубрики

Е.С. Галкина. Степные соседи Древней Руси: этнические процессы и общественное развитие

Кочевая периферия играла важную роль в исторических процессах того времени. И дело не только в том, что борьба с номадами в целом укрепляла социальные и политические связи в Древнерусском государстве, несмотря на частое использование кочевых наемников в княжеских усобицах. Жители Древней Руси контактировали с кочевниками на уровне торгового обмена, в приграничных районах существовало множество совместных поселений. Под влиянием славян-земледельцев происходило оседание кочевых племен, которое подчас заканчивалось ассимиляцией. Становясь частью древнерусской народности, кочевники привносили не только антропологический тип, но некоторые культурные традиции и обычаи. Все эти факторы делают необходимым изучение кочевых народов южнорусских степей не только как внешней и враждебной силы. Собственно миграции в степях Восточной Европы, этнические и социально-политические процессы в кочевых сообществах являются не менее важными для понимания истории Киевской Руси, чем военные столкновения.

Александр Собянин. Библиография Euroasiatica Bulgarica

Данная библиография по булгарскому (казанскотатарскому) народу была подготовлена мною, в качестве библиографического приложения к нашей с У.Ф.Батыровым статье "Булгары: неизвестная история очень известного народа", для сайта журнала "Профи" на основе библиографии по булгарскому вопросу Р.Х. Бариева. Свою библиографию доктор философских наук, профессор, полковник в отставке Бариев Риза Халирахманович подготовил в ходе работы над своей книгой: Р.Х. Бариев. "Философские аспекты этногенеза волжских булгар". Санкт-Петербург, 1997. 418 с.

Г.Г. Пиков. О «кочевой цивилизации» и «кочевой империи». Статья первая: «Кочевая цивилизация»

В кочевниковедении наработан столь огромный материал в виде фактов и идей и отмечено столь значительное количество особенностей развития кочевого сообщества, не характерных как для земледельческих областей, так и для районов с присваивающей экономикой, что не видеть или игнорировать специфику развития и устройства обществ евразийского степного коридора уже невозможно. В историографии однако, как справедливо отметил пионер идеи кочевой цивилизации в нашей стране А. И. Мартынов [Мартынов. Степи Евразии; он же. О степной; Он же. Первичные цивилизации; Он же. Два этапа; Он же. Модель; Совещание], взаимоотношения обществ оседлых цивилизаций и степной Евразии все еще не рассматривались как система отношений двух параллельно развивающихся миров и это связано с тем, что оседлые общества - явление историческое, а степная Евразия, прежде всего, археологическое, добавим, и филологическое, т. е. описываемое все еще достаточно тенденциозно, в значительной степени на основе тех оценок, которые давали современники кочевой цивилизации.
 
 
"Центральноазиатский исторический сервер"
1999-2019 © Абдуманапов Рустам
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте 

Вопросы копирования материалов