1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 85, 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 97, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 116, 117, 118, 119, 120, 121, 122, 123, 124, 125, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133, 134, 135, 136, 137, 138, 139, 140, 141, 142, 143, 144, 145, 146, 147, 148, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 159, 160, 161, 162, 163, 164, 165, 166, 167
 
Статьи
 



Юрченко А. Г. Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография

8.§ 0.8. Сухопутные маршруты из Европы в Китай

Своим содержанием книга Марко Поло ничем не обязана купеческим путеводителям. Для того, чтобы убедиться в этом, приведем сведения Тосканского Анонима в переводе А. Г. Еманова.

"…Кто пожелает совершить поездку в Китай и пойдет из Генуи или Венеции, тому следует купить льняные ткани, толстое и тонкое сукно в таком количестве, в каком сможет, и потом — идти в Тану, откуда лежит прямой путь; он может следовать со своими товарами по суше, погрузив их на повозки, запряженные либо быками, либо лошадями, либо верблюдами. Путь из Таны до Хаджитархана составляет 25 дней, передвигаясь на бычьей упряжи, и 12 дней, двигаясь на верблюжьей повозке; на этом пути встречаются монголы, или вооруженные татары. От Хаджитархана до Сарая — 1 день; здесь также встречаются татары; за этот день переходят реку. От Сарая до Сарайчика — 8 дней по воде, но можно идти как по воде, так и по суше, правда идти по воде — меньше риска для товаров. Из Сарайчика достигают Ургенча через 20 дней пути на верблюжьих повозках, или через 40 дней на воловьих повозках. Кто едет с товарами, может заехать в Ургенч: это очень выгодный для торговли город, где можно продать ткани и получить серебряные соммо; по желанию можно оставить несколько тюков самой тонкой ткани и повезти с собой; после обмена можно продолжить путь с теми соммо серебра. От Ургенча до Отрара 35–40 дней пути на верблюдах. Кто же не имеет товара, может идти из Сарайчика прямо в Отрар, не заходя в Ургенч, и ему потребуется 50 дней, и здесь нет лучшего пути для торговли, если однако есть соммо. Впрочем, лучше всего пойти с тканями и продать их в Ургенче, получив самую высокую прибыль. Из Отрара до Алмалыка — 45 дней пути на вьючных ослах; там повсюду встречаются монголы — очень воинственный народ. Из Алмалыка до Камесу — 70 дней пути на вьючных ослах. От Камесу можно идти до реки, которую называют … [пропуск в тексте] и через 45 дней на конях, или по реке, можно попасть в Кассай. Там следует продать все соммо, которые есть, потому что это выгодный для торговли край; на эти соммо получают бумажные деньги с печатью правителя, которые называются балиши и имеют хождение в пределах Китая. Из Кассая до Канбалыка, главного города Китая — 30 дней. Таким образом, весь путь составляет от Таны 284 дня по суше и воде, как ты сам видел…"[57].

С середины XIII в. известно несколько описаний дипломатических путешествий и торговых странствий европейцев в Монголию и Китай. Этим же маршрутом прошел и царь Малой Армении Хетум.

Францисканская миссия 1245 г. прошла по маршруту: Лион, Краков, Владимир Волынский, Киев — низовья Волги, река Яик, плато Устюрт, город Ургенч, Янгикент на Сырдарье. Дальнейший путь пролегал вдоль предгорий Тянь-Шаня, по краю пустыни Джунгарии, через земли кара-китаев, где путешественники видели город Эмиль. Донесение Иоанна де Плано Карпини имеет некоторое типологическое сходство с книгой Марко Поло. Францисканец со слов знающих людей описал различные сферы жизни Монгольской империи и даже излагает список покоренных народов[58], а описанием своего маршрута из Монголии в Европу он озаботился лишь по настоятельной просьбе папы римского Иннокентия IV, уже находясь в Лионе. Иными словами, средневековые наблюдатели вполне различали тексты, где дается характеристика стран, и личные впечатления, возникающие по маршруту странствия. Так, например, Вильгельм де Рубрук отдавал себе отчет, что в его донесении говорится о поездке (он совершенно верно назвал его Itinerarium), поскольку для систематизированного описания Монгольской империи он не имел надежных источников. Марко Поло, наоборот, описывает империю Хубилая, и иногда по ходу повествования упоминает о своих поездках. Собственно, его книга и называлась "О разнообразии мира". Описать империю и описать свои странствия по империи — это разные задачи.

В 1254–1255 гг. царь Малой Армении Хетум совершил путешествие в Центральную Азию, в ставку великого хана Менгу. Маршруты царя Хетума и францисканской миссии 1245 г. по землям найманов, кара-китаев и собственно Монголии, должны были совпадать.

Из столицы Киликийской Армении, города Сис, царь проехал на Волгу в ставку Бату. Там, согласно сведениям Киракоса Гандзакеци, царю "был оказан большой почет и гостеприимство. Потом его послали в долгий путь на тот берег Каспийского моря к Мангу-хану. Отправившись в путь от них шестого числа месяца марери [13 мая], переправившись через реку Айех (Яик), они прибыли в Ор [Ургенч?], расположенный на полпути между [местопребыванием] Батыя и Мангу-хана. Переправившись через реку Ертич [Иртыш], они вступили в страну Наимана, [потом] поехали в Кара-китай и достигли Татаристана [Монголии] четвертого числа месяца гори [13 сентября] и в день праздника Воздвиженья креста были представлены Мангу-хану, восседавшему во всем величии своей славы" (Киракос Гандзакеци. 58).

На обратном пути Хетум услышал легенду о бессловесных существа, обитающих в стране песков. Армянский историк Киракос Гандзакеци записал рассказ Хетума:

"[Царь] выехал от них [из ставки Менгу-хана] и на тридцатый день прибыл в Гумсгур[59], [оттуда] он поехал в Перпалех[60], [затем] в Пешпалех[61] и в страну песков[62], где обитали дикари: голые, волосы у них росли лишь на голове; груди у женщин чрезвычайно велики и длинны. Люди эти были бессловесны. Водились там дикие лошади желтой и черной масти, белые и черные мулы, крупнее лошади и осла, и дикие двугорбые верблюды" (Киракос Гандзакеци. 58). Рассказ о поездке Хетума наглядно показывает, что путников интересует только их маршрут. Наблюдений Хетума недостаточно, чтобы составить описание Монгольской империи.

Венецианские купцы братья Поло в 1260-х годах совершили торговое путешествие от берегов Волги до Бухары. Продав драгоценности монгольскому хану Берке, который жил в Болгаре и Сарае, братья вынуждены были отправиться со своими товарами по "восточной дороге", тогда как "западная дорога" вела через Крым морем в Константинополь. Выйдя из Болгара, "пошли они к городу, что был на границе земли западного царя и назывался Укака [город Увек на Волге]. Выйдя отсюда, переправились через реку Тигри [Волгу] и семнадцать дней шли пустынею. Не было тут ни городов, ни крепостей, одни татары со своими шатрами да стадами. Перейдя через пустыню, пришли они в Бухару. Город большой, величавый. Бухарою зовется и вся страна <...>. Во всей Персии Бухара самый лучший город" (Марко Поло, с. 45–46). "Пустыня", по которой братья Поло шли семнадцать дней, включала плато Устюрт. Попасть в Бухару за этот срок было невозможно. По Пеголотти путь от Сарайчика до Ургенча занимал двадцать дней. В январе 1333 г. Ибн Баттута затратил тридцать дней, чтобы пересечь в арбах, запряженных верблюдами, путь от Сарайчика до Хорезма (Ибн Баттута, с. 255). По сведениям английского купца Антония Дженкинсона (1558 г.), полученным от татарского купца, живущего в Бухаре, путь из Астрахани до Сарайчика занимал 15 дней, а из Сарайчика до Ургенча тоже 15 дней; "на этом 30-дневном пути нет ни жилищ, ни домов; поэтому путешественники живут в собственных палатках и везут с собой различные припасы для еды; а для питья там много колодцев с пресной водой, которыми можно пользоваться ежедневно на недалеких одно от другого и равномерно расположенных местах остановок" (Дженкинсон, с. 190).

 В начале XIV в. флорентиец Франческо Пеголотти в своем трактате "Practica della Mercatura" ("Практика торговли") дал подробные указания для торгового сухопутного путешествия в Северный Китай через Тану. Из Таны — венецианской и генуэзской торговых факториях в низовьях Дона  — до Хаджитархана путь на волах занимал 25 дней, а на лошадях только 10–12 дней. По пути встречается много вооруженных людей. От Хаджитархана  до Сарая на Ахтубе 1 день по водному пути. От Сарая до Сарайчика на реке Яик 8 дней пути водой: сначала по Волге, потом вдоль берега Каспийского моря до устья реки Яик. "Туда можно пройти и сухим путем, — пишет Пеголотти, — но отправляются обычно водой вследствие более дешевой перевозки товаров". От Сарайчика до Ургенча через плато Устюрт 20 дней в повозке на верблюдах. "Кто отправляется с товарами, тому следует пройти в Органчи [Ургенч], так как там идет бойкая торговля. От Органчи до Ольтраро [Отрар на Сырдарье] от 35 до 40 дней пути в повозке на верблюдах". Из Сарайчика, купцы идущие без товаров, направляются прямой дорогой в Отрар, минуя Ургенч, и доходят до Отрара за 50 дней. От Отрара до Армалекко [в долине р. Или] 45 дней пути на ослах. От Армалекко до города Канчу у западного конца Великой Китайской стены 70 дней пути на ослах, и от Канчу до притока Желтой реки — Танхо 45 дней пути на лошадях. От этой реки можно отправиться в Кассай и там продать все взятые с собой серебряные слитки, так как это очень торговый город, а от Кассая ехать уже с деньгами, полученными в обмен на проданное серебро".

Вот, пожалуй, и все, что могли поведать купцы[63]. Католические миссионеры, доехавшие до Алмалыка, столицы Чагатайского улуса, рассказать об Азии могли не больше купцов[64].

Маршрут через Среднюю и Центральную Азию сохранял свое значение до великой чумы середины XIV в.

Назад  1    2    3    4    5    6    7    8    9    10    11    12    13  Вперед
17 сентября 2009      Автор: admin      Просмотров: 40747      

Другие статьи из этой рубрики

Александр Юрченко. Клятва на золоте: тюркский вклад в монгольскую дипломатию

Ритуал клятвы относится к культурным универсалиям. Видов клятв и вариантов их реализации ограниченное число. Клятва на золоте, как и большинство сюжетов, связанных с реалиями повседневной жизни в Монгольской империи, редко привлекает внимание исследователей. Остается неизвестным, каким образом монгольские ханы предоставляли гарантии безопасности иноземным правителям, требуя их прибытия на курултаи. Как создавалась атмосфера доверия, предшествовавшая непосредственной встрече высоких сторон? Широкие контакты, которые Монгольская империя навязывала сопредельным и зависимым от нее странам, как правило, имели целью создание военных союзов. То же самое относится к взаимоотношениям различных кланов Чингизидов. Во всех этих случаях использовалась клятва на золоте. В персидских источниках монгольского времени ритуал фигурирует под образным выражением "съесть золото" и, видимо, в силу известности содержание ритуала не раскрывается. Наша задача — раскрыть суть этого инструментария. История клятвы такова.

E.И. Кычанов. Кешиктены Чингис-хана (о месте гвардии в государствах кочевников)

В становлении ранних государств, формировании государственного механизма важное место принадлежало окружению правителя, в частности тем сильным и молодым людям, которые рекрутировались из "сыновей и младших братьев" сподвижников правителя—основоположника государства и составляли его дружину, его личную охрану. У скифов при царе служили отроки. Они составляли гвардию царя, постоянное войско, обязанное охранять его. Эти же юноши выполняли и различные поручения царя по управлению государством, из их числа назначались ферапонты, сановники, управляющие государством. Среди юношей-гвардейцев скифского царя был распространен обычай побратимства, после смерти царя часть его гвардии сопогребали вместе с умершим. При сяньбийских каганах была гвардия (цзинъши), в которую набирались сыновья и младшие братья "великих людей" (дсасэнь), сановников и местных правителей государства. В 396 г. Тоба Лигуй принял титул императора (хуанди) и провел реформу структуры государственного аппарата."Все [назначенные им на должности лица] принадлежали к [его] гвардии. [Они] участвовали в [заседаниях государственного] совета и обсуждали дела армии и государства". Тюркского кагэна охраняли 900 гвардейцев [бёри — "волков"), которыми командовал управитель ставки кагана - тойкан. Сведений о назначениях гвардейцев тюркского кагана на государственные должности у нас не имеется.
 
 
"Центральноазиатский исторический сервер"
1999-2019 © Абдуманапов Рустам
письменность | языкознание | хронология | генеалогия | угол зрения
главная | о проекте 

Вопросы копирования материалов